Тарас Карасийчук: В Украине есть представители гей-сообщства, готовые к камин-ауту

0 275

Интервью с президентом ВОО "Гей-альянс Украина" Тарасом Карасийчуком: об украинском ЛГБТ-движении, новых лидерах, камин-ауте и о том, поможет ли отечественному гей-сообществу ассоциация с Евросоюзом. 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

– Тарас, давай начнем с того, каким ты видишь ЛГБТ-движение в сегодняшней Украине. 

Тарас Карасийчук: Это очень сложный вопрос. Начинать нужно с определения того, что такое ЛГБТ-движение. Если мы рассматриваем его как движение, которое базируется в первую очередь на активном сообществе – как, к примеру, в Западной Европе или Америке, – как инициативу рядовых представителей сообщества, стремящихся добиться прав, то украинское ЛГБТ-движение на этом фоне выглядит очень грустно. 

– Тебе не кажется, что в украинском гей-движении все происходит наоборот?  

Карасийчук: Да, в украинском ЛГБТ-движении инициатива исходит сверху – не от представителей сообщества, а от организаций, которых на данный момент в стране около сорока. И большая часть этих организаций возникла благодаря своего рода лоббированию со стороны международных фондов и крупных международных структур. 

– Ты говоришь о правозащитных структурах?

Карасийчук: Нет, не о них. К примеру, в Украине многие организации появились на волне запуска программ Глобального фонда по борьбе с ВИЧ\СПИДом.

– То есть, это было не столько гей-движение, сколько ВИЧ-сервис. 

Карасийчук: В большей степени ВИЧ-сервис: модель организаций, которые создавались в Украине, была ориентирована на работу в роли подрядчика, выполняющего определенные услуги за определенные деньги. В свое время в Украине не было фактически ни одной организации, которая работала бы в области профилактики ВИЧ – я имею ввиду зарегистрированные организации, а не легализованные путем уведомления. Поэтому практически все организации, которые появлялись, так или иначе были связаны с профилактическими проектами. Сама их специфика подразумевает не столько структуру, базирующуюся на комьюнити, сколько структуру, которая удовлетворяет требованиям хорошего подрядчика. Что нужно такому подрядчику? Хороший бухгалтер и хороший документатор – для того, чтобы в нужное время можно было быстро и качественно отчитаться о проделанной работе. И при необходимости, в случае визита международных гостей, показать красивую картинку. И еще одно: особенностью наших профилактических проектов является то, что мы гонимся за количеством. За выполнением пятилетки в три года, после чего перед нами ставят новые задачи…

– Как стахановцы?

Карасийчук: Да. Нам утверждают новое оценочное количество МСМ, которое необходимо охватить, новые проценты, которые умные дяди с тетями разработали и придумали, из чего вытекает, что если мы охватим определенное количество процентов целевой группы, то повлияем таким образом на состояние с эпидемией. 

– Но мы сейчас говорим именно об ЛГБТ-движении, а МСМ – это немного другое. ВИЧ-сервис – работа важная и очень нужная, но это не гей-движение.

Карасийчук: Если говорить об ЛГБТ-движении, отделенном от ВИЧ-сервиса, то в Украине оно находится в зачаточной стадии. Я ни в коем случае не стану утверждать, что мы "испорчены" ВИЧ-сервисом, просто большое количество лидеров движения в настоящее время слегка в нем погрязло. Я знаю людей, которые посвящают свою жизнь бумажкам, хотя в ЛГБТ-движение они пришли с совершенно другими мотивами. Но в конечном итоге столкнулись с тем, что вынуждены заниматься переработкой макулатуры, бесконечными отчетами и ведением баз данных. Они находятся в состоянии постоянного стресса из-за неправильно заполненной анкеты клиента, или еще какой-нибудь ерунды, которая больше характерна для канцелярии и бюрократии, нежели для ЛГБТ-движения. Некоторые активисты в этом просто потерялись. 

– Иными словами, они пришли, образно говоря, с горящими сердцами, стремились добиваться прав, а в результате увязли в канцелярщине – и это уже не ЛГБТ-движение. Это – занятие подрядом в конкретной области: ВИЧ-сервис, который связан с медициной, с предотвращением роста уровня инфицирования, но это немного не то. Конечно, ВИЧ-сервис и гей-движение – понятия взаимосвязанные, однако правовое движение, о котором мы говорим, находится в зачаточном состоянии. Несмотря на то, что Украина получила независимость более 20 лет назад. Как ты думаешь, почему за эти 20 лет мало кто из лидеров посвящал себя ЛГБТ-движению в контексте правозащиты, адвокации?

Карасийчук: На данном этапе – и это очень радует – приходит понимание необходимости разделения ЛГБТ-движения и ВИЧ-сервиса, понимание того, что это – разные вещи. Некоторые организации сознательно берут курс именно на движение в том смысле, в котором мы о нем сейчас говорим. От подряда они отказываются постепенно, потому что не каждая организация может себе это позволить, ведь ее работа связана с финансированием. Если говорить о "Гей-альянсе Украина", то у нас дело обстоит так: мы не отказываемся от ВИЧ-сервиса, но передаем его в отдельный департамент, который занимается только им. И каждый из нас четко понимает, кто занимается вопросами медицины, а кто – правозащитой и адвокацией. Довольно распространенный пример: дружественная нам организация RFSL из Швеции поступает точно так же, у них в запасе есть и проекты, связанные со здоровьем МСМ, и проекты, связанные с правами. Мы в своей работе во многом ориентируемся на них. 

– Занимаясь и тем, и другим, но при этом четко разделяя направление работ? 

Карасийчук: Не только разделяя, но и понимая, что каждый из нас делает, и для чего. Мы очень хорошо знаем, что такое адвокация вопросов, связанных с профилактикой ВИЧ\СПИДа, адвокация вопросов, связанных с улучшением ситуации с МСМ-плюс, либо с улучшением национальной программы по борьбе со СПИДом. Однако все это имеет опосредованное отношение к адвокации прав ЛГБТ в целом. Для гей-активистов очень важно это осознавать и не подвергать самих себя потенциальной возможности выгорания. Особенно если учитывать, что одна из главных проблем украинского ЛГБТ-движения – дефицит человеческих ресурсов, дефицит лидеров. 

– Как раз недавно мы беседовали об этом с ребятами, съехавшимися в Киев на тренинг из разных областей Украины. Как решение этой проблемы видишь ты, человек, который далеко не первый год посвящает себя ЛГБТ-движению?

Карасийчук: В первую очередь, мы должны сохранять и лелеять нынешних активистов. Совсем недавно этот вопрос мы обсуждали с коллегами из Российской ЛГБТ-сети – он будет находиться в центре нашего совместного проекта, который мы сейчас планируем. Это и снятие психологического напряжения, и обучение активистов навыкам правильного реагирования на стрессовые ситуации. Это крайне важно, потому что если уйдут прожженные волки – а этот процесс уже начинается, – потеряется связь между поколениями, будет утрачен колоссальный опыт, накопленный за долгие годы, и это будет очень плохо. Второй важный момент – так называемый аутрич. Нам нужно начинать выходить в люди. 

– Раз уж мы заговорили об аутриче – расшифруй, пожалуйста, этот термин, потому что я убедилась, что многие его не понимают, или понимают неправильно. 

Карасийчук: Аутрич – это выход в непосредственно в целевую группу. Если уж у нас все так странно получилось, если в ЛГБТ-движении сперва появились организации и лидеры, и лишь потом вокруг них начало консолидироваться сообщество, то ситуацию нужно менять. И аутрич здесь может существенно помочь. Для того, чтобы сообщество действительно стало сообществом, нужно увидеть и узнать, какие у людей существуют потребности, попытаться эти потребности реализовать. Их нужно заинтересовать, вовлечь в движение, определить потенциальных лидеров и помочь им раскрыться. Это – единственный путь к тому, чтобы украинское гей-движение не сошло на нет. 

– Главный вопрос, который всегда возникает в таких случаях: как это сделать? Обрисуй хотя бы перспективы. Потому что у нас получается замкнутый круг именно по причине того, что украинские геи – простые-рядовые геи, лесбиянки, бисексуалы и трансгендеры – боятся светиться, выходить из шкафа, что-то о себе рассказывать, отстаивать свои права. Не только на национальном уровне, но даже в собственных семьях. 

Карасийчук: Есть часть сообщества, которая готова к камин-ауту. Количество людей, совершающих камин-аут, достаточно велико. 

– Откуда нам это известно? 

Карасийчук: Только благодаря личным контактам. Рядовые геи, лесбиянки, бисексуалы и трансгендеры должны понять, что такое ЛГБТ-движение, а главное – зачем это необходимо им персонально. Для этого нужно все объяснить, показать, и не просто показать, но и предложить что-то, то, что человеку будет по-настоящему интересно. Потому что если мы станем предлагать какой-то скудный набор нудных дискуссионных клубов, или кинопоказов, на которые приходят два с половиной зрителя, лишь потому, что мы считаем, что это нужно ЛГБТ-движению, успеха нам не видать. Мы останемся в разных измерениях. 

– То есть, в первую очередь необходимо налаживать обратную связь.

Карасийчук: Налаживать обратную связь и удовлетворять потребности. А не выполнять чаяния или видения доноров, которые где-то далеко с помощью своих экспертных оценок… Нет, я ни на минуту не сомневаюсь в том, что эти оценки часто бывают интересными и продуктивными, но порой случается и абсолютно бесполезная интервенция, которая, по большому счету, неэффективна. 

– И поскольку доноры часто бывают иностранцами, они не всегда представляют себе отечественный контекст. 

Карасийчук: Именно поэтому с донорами нужно вести разъяснительную работу, быть более активными, рассказывая им о том, что нам необходимо. 

– Если мы заговорили о донорах. Сравнивать нас с Америкой и Европой неуместно, однако попробуем все же провести параллели. Там ЛГБТ-организации существуют за счет внутренних доноров, внутренних пожертвований. У нас в Украине такое возможно – финансирование деятельности гей-организаций за счет самих украинцев? Хотя бы в перспективе? Или перспективы настолько далёкие, что о них пока даже говорить не стоит? 

Карасийчук: Даже говорить не стоит. Практически весь третий сектор в Украине существует за счет внешних доноров. 

– Меня этот вопрос заинтересовал вот по какой причине. Я часто наблюдаю, как те же американцы осуществляют процесс фандрайзинга не только среди состоятельных людей, или компаний, поддерживающих интересы ЛГБТ – здесь об этом говорить не приходится, – но и среди рядовых граждан, которые готовы пожертвовать доллар, или пять долларов. А итог выходит как в известной поговорке про "с миру по нитке", потому что таких людей очень много. 

Карасийчук: Здесь это могло бы стать интересным экспериментом. Думаю, что если бы мы были более понятными для рядовых геев, если бы они знали, что мы делаем, зачем мы делаем, и какую конкретную пользу этот конкретный гей от нашей деятельности получит, люди бы стали помогать. 

Окончание следует 12 ноября >>>

Автор: Гей-альянс Украина

Комментарии
Loading...
X